Олег работал личным водителем у Вадима Петровича десять лет. Он знал всё: где шеф прячет любовниц, какой коньяк пьёт, когда нервничает, и где лежат ключи от сейфа. Но Олег был нем как рыба. За это Вадим его ценил.
— Ты, Олежка, мой самый верный пёс, — говорил олигарх, хлопая водителя по плечу. — Никогда не предашь.
Беда пришла внезапно. У Вадима Петровича отказали почки. Диабет, стрессы, алкоголь — организм дал сбой. Диализ три раза в неделю, лицо серое, жизнь висит на волоске. Нужна пересадка.
Очередь огромная. Родственники? Жена отказалась («Я ещё молодая, мне здоровье нужно»), дети не подошли.
Вадим таял на глазах.
И тут выяснилось страшное и удивительное совпадение. Олег, сдавая анализы для ежегодного медосмотра, оказался идеально совместимым донором. Редкая группа крови, параметры тканей — как у родного брата.
Сделка с дьяволом.
Вадим пригласил Олега в свой кабинет. Впервые он не сидел в кресле, а лежал на диване под капельницей.
— Олежка… Спаси. Ты же видишь, я загибаюсь.
Олег мялся.
— Вадим Петрович, у меня семья, двое детей… Это же операция, инвалидность…
— Какая инвалидность?! — Вадим схватил его за руку. Рука у олигарха была холодная и потная.
— Лучшие врачи в Израиле! Всё сделаем по высшему разряду! А я… Я тебя озолочу. Квартиру трёшку дам, детям обучение оплачу, на счёт тебе пять миллионов положу. И должность дам в офисе, не баранку крутить, а начальником транспортного цеха будешь. Мы же братьями станем! Я тебе жизнь по гроб обязан буду!
Жена Олега, Надя, плакала всю ночь:
— Не верь ему! Он акула! Он тебя разберёт на запчасти и выкинет!
— Надя, это шанс! — горячился Олег. — Мы из ипотеки вылезем! Детям будущее обеспечим! Ну как я могу человеку отказать, он же умирает?
Олег согласился.
Операция и эйфория.
Всё прошло в элитной клинике Тель-Авива. Почку пересадили. Вадим Петрович пошёл на поправку стремительно. Его организм, привыкший брать от жизни всё, жадно принял новый орган.
Олег восстанавливался тяжелее. Шов болел, иммунитет упал, началась страшная слабость.
В палате Вадим обнимал его (осторожно, чтобы не повредить швы):
— Брат! Ты мне жизнь подарил! Всё, как вернёмся — подписываем бумаги на квартиру!
Вернулись.
Вадим Петрович расцвёл. Снова загорел, помолодел, вернулся к управлению холдингом.
Олег вышел на работу через два месяца. Но за руль сесть не смог — спина ныла, от долгого сидения поднималось давление.
— Ничего, Олежка, потерпи, — сказал Вадим, пробегая мимо него в приёмной.
— Сейчас разгребу дела, оформим тебя начальником. Пока посиди в отделе логистики, бумажки перебирай.
Отрезвление.
Прошёл месяц. Другой. Квартиру так и не переписали. «Юристы готовят документы, там сложности с налогами», — кормил завтраками Вадим.
Пять миллионов тоже где-то «зависли». Олегу выплатили премию — 500 тысяч рублей.
— Это аванс, остальное потом, — сказала секретарша.
А здоровье Олега сыпалось. Он стал часто брать больничные. То простуда перерастала в бронхит, то давление скакало. Он стал вялым, бледным.
Вадима это начало раздражать.
— Слушай, — сказал он однажды, увидев Олега, пьющего таблетки на кухне офиса.
— Что-то ты совсем расклеился. Мне нужны энергичные люди. У нас тут бизнес, война, а ты как сонная муха.
— Вадим Петрович, так я же… реабилитация… — растерялся Олег.
— Ну я же восстановился! Я уже в спортзал хожу! А ты ноешь. Соберись!
Финал.
Через полгода Олега вызвали в отдел кадров.
Начальница кадров, строгая дама, положила перед ним лист.
— Подписывайте, Олег Иванович. Соглашение сторон.
— В смысле? — у Олега потемнело в глазах.
— Меня увольняют?
— Ну зачем так грубо? Мы предлагаем вам три оклада. Понимаете, вы не справляетесь. У вас много пропусков по болезни. Нам нужен начальник транспортного цеха, который будет мотаться по филиалам, а не сидеть в поликлинике.
— Я хочу поговорить с Вадимом Петровичем!
— Он занят. Улетел на Мальдивы.
Олег прорвался к шефу через неделю, когда тот вернулся.
Вадим Петрович выглядел великолепно. Загорелый, пышущий здоровьем. С чужой почкой внутри, которая работала как часы.
— Вадим… Как же так? — спросил Олег, стоя у порога. — Мы же братья… Я же тебе часть себя отдал.
Вадим поморщился, как от зубной боли.
— Олег, давай без драмы. Я тебе операцию оплатил? Оплатил. Премию дал? Дал. Ты полгода зарплату получал, почти не работая. Мы в расчёте.
— А квартира? А будущее детей?
— Слушай, — голос олигарха стал стальным. — Это был бизнес. Ты продал — я купил. Рыночные отношения. А то, что ты развалился — это твои проблемы.
Может, ты пил или режим не соблюдал. Мне балласт не нужен. У меня компания, а не богадельня. Всё, свободен. Охрана!
Жизнь после.
Олег судился. Но что может сделать бывший водитель против армии адвокатов олигарха? Документов на обещания «озолотить» не было. Было только согласие на донорство «на добровольной основе».
Он проиграл суды. Потратил те самые 500 тысяч на лекарства и юристов.
Сейчас Олег работает охранником в супермаркете. Работа «сутки через трое» — единственное, что он тянет физически. Он быстро устаёт, ему нельзя поднимать тяжести.
Он часто видит Вадима Петровича по телевизору. Тот открывает новые заводы, жертвует деньги на храмы, рассказывает о духовности.
Иногда Олег трогает шрам на боку. Там пустота.
Но ещё большая пустота у него в душе.
Жена Надя не ушла, не бросила. Она просто молча лечит его травами и иногда тихо говорит:
— Я же говорила, Олег. У богатых нет сердца. У них там калькулятор.
Мораль:
Ваше здоровье — это единственный актив, который невозможно вернуть. Никогда не жертвуйте им ради работы, начальника или туманных обещаний. Когда вы здоровы и полезны — вы «брат».
Когда вы выжаты и больны — вы «отработанный материал». Корпоративная этика заканчивается там, где начинается личная выгода хозяина..