Свекровь собралась на дачу на всё лето, но невестка нашла выход
— Танюша, мы тут подумали и решили!
Голос Надежды Петровны звенел от энтузиазма на весь кабинет. Татьяна отодвинула телефон подальше от уха. Свекровь всегда звонила в разгар рабочего дня, когда отчеты горели синим пламенем.
— Что именно решили?
— Мы с Лесей приедем к вам на дачу. На всё лето!
Татьяна убрала руки от клавиатуры.
— На всё лето? — переспросила она.
— Ну да! Чего в городе пылиться. Тем более у вас теперь все удобства. Вода горячая есть, туалет в доме. Лесе надо нервную систему восстанавливать.
— От чего восстанавливать?
— От работы! Начальник у неё самодур. Уволилась она со скандалом.
— Мальчишкам её тоже природа полезна. В квартире они потолки сносят. А у вас там раздолье. Газон, бассейн. Отдохнём по-родственному.
— Надежда Петровна, у нас там ещё ремонт не закончен. Забор местами не доделан. Плитка во дворе не уложена.
— Ой, да мы непривередливые! — отмахнулась свекровь.
— Нам хоромы не нужны. Мне ту светлую комнату на первом этаже отдадите.
— Там как раз солнышко по утрам. Лесе можно и на втором диван поставить.
— Там у Ильи кабинет планировался.
— Какой кабинет на природе? Детям нужнее. И вот ещё что.
— Ты там грядки вскопай к выходным. Я зелень посажу. Леся шашлыки любит, а укроп на рынке дорогущий.
Татьяна прикрыла глаза.
— Я работаю пять дней в неделю. Мне некогда грядки копать.
— Ну вечером после работы приедешь и вскопаешь. Молодая же! Движение — это жизнь.
— В общем, мы в субботу будем. Постельное нам свежее постели.
В трубке раздались короткие гудки. Татьяна отложила телефон на край стола.
Дачу они с Ильёй строили три года. Вложили уйму сил, влезли в кредиты. Экономили на отпусках и новых вещах. Зато теперь на участке стоял добротный дом. Там был нормальный санузел, горячая вода, просторная веранда и ухоженный газон.
Надежда Петровна ни копейкой не помогла. Зато исправно критиковала всё подряд. То цвет крыши ей не нравился. То планировка кухни казалась слишком тесной. Но как только дом обрёл жилой вид, родственники вдруг полюбили природу.
В прошлом году они приезжали на две недели. Это был полноценный филиал ада. Олеся целыми днями загорала на шезлонге. Её сыновья носились по участку. Топтали клумбы с сортовой петунией. Стреляли из водных пистолетов по окнам.
Свекровь раздавала указания с крыльца. Критиковала маринад для мяса. Учила Илью разжигать мангал.
За четырнадцать дней гости не купили ни пакета молока. Татьяна неслась с работы в магазин. Закупала продукты на ораву. Тащила тяжелые пакеты. Потом стояла у плиты и готовила первое, второе и компот.
Посуду за собой золовка тоже игнорировала.
— Мы же на отдыхе, Танюш. Ты хозяйка, тебе и карты в руки, — задорно заявляла Олеся.
Она оставляла жирные тарелки на столе и отправлялась качаться на качелях.
Потом племянники сломали насос в бассейне, набросав туда песка. Илья тогда полночи возился с фильтрами. Пытался реанимировать дорогую технику. Свекровь лишь умилялась детской любознательности.
— Это же мальчики, Илюша. Им всё интересно, как устроено, — щебетала Надежда Петровна.
Повторения этого сценария Татьяна не хотела категорически. Тем более на целых три месяца. Хватило прошлого года. Тогда они с мужем три дня отмывали дом после отъезда гостей.
Вечером она ждала Илью на кухне. Муж помыл руки и сел ужинать.
— Мама твоя звонила, — начала Татьяна, ставя перед ним тарелку.
— Да? И как она? — муж потянулся за хлебом.
— Обрадовала новостями. Они с Олесей и детьми едут к нам. На всё лето.
Илья перестал жевать.
— Прямо на три месяца?
— Именно. Требуют светлую комнату, диван на втором этаже и вскопанные грядки под укроп.
Муж отвёл глаза в сторону окна.
— Ну а что такого? Пусть поживут. Родня всё-таки. Воздух чистый. Мальчишкам полезно.
— Родня? Илюш, твоя сестра едет снимать стресс после очередного увольнения. Твоя мама едет руководить процессом. Кто их обслуживать будет?
— Да никто не будет. Сами справятся. Не маленькие, — отмахнулся Илья.
— Как в прошлом году? — Татьяна упёрла руки в бока.
— Вспомни, как мы после них кухню отмывали. Олеся рыбу жарила, вся плита в масле была три дня.
— А продукты? Мы тогда за две недели потратили столько, сколько за месяц не проедаем. Кто за это платить будет сейчас?
— Тань, ну не начинай. Ужиматься будем.
— Я констатирую факт. Они приедут на всё готовое. Продукты покупать не станут. За свет и воду платить не будут. А у нас ипотека и платеж за машину.
Илья заметно напрягся. Ему не хотелось ссориться с женой. Но и матери перечить он не привык.
— Это же мама. И сестра. Как я им откажу? Скажу: не приезжайте, мы жадные? Меня потом родственники со свету сживут. Тётя Люба из Саратова сразу названивать начнёт.
— Причём тут тётя Люба? Есть рамки приличия. Твоя сестра взрослая женщина. Она может сама купить своим детям творожки и фрукты.
— Хочешь ругаться — сама разбирайся, — Илья встал из-за стола, так и не доев.
— Я между вами влезать не буду. Вы вечно сцепитесь, а я крайний остаюсь. Ты же умная женщина, договорись с ними как-то, чтобы все довольны остались.
Он ушёл в комнату и плотно прикрыл за собой дверь.
Татьяна осталась сидеть в тишине. Отличная позиция. Моя хата с краю, ничего не знаю. Муж просто бросил её один на один с родственниками, решив не защищать границы собственной семьи. Ну что ж, сама так сама.
На следующий день в обеденный перерыв Татьяна сидела в кафе с коллегой Дашей. Та пила кофе и слушала возмущённый рассказ подруги.
— Понимаешь, я не могу просто запретить, — говорила Татьяна, помешивая ложечкой сахар.
— Дом общий. Илья сразу встанет в позу оскорблённого сына. Начнётся скандал на ровном месте. Он же технично самоустранился. Сказал, сама договаривайся.
— О, классика жанра! — Даша откусила круассан.
— Мой бывший тоже так делал. Как свекровь чудит, так он в домике. А ты не запрещай. Ты согласись.
— В смысле? Смириться и пахать на них до сентября? Я после работы батрачить не нанималась.
— Нет. Введи отельный сбор.
Татьяна непонимающе сдвинула брови.
— Какой сбор?
— Они же едут как в отель? «Всё включено». Анимация, уборка, трехразовое питание. Вот и выставь им райдер. Как звёздам на гастролях.
Даша хитро улыбнулась.
— Распиши всё по пунктам. Кто покупает продукты. Кто моет полы. Кто платит за коммуналку. И скинь свекрови в чат. Договариваться на берегу, так сказать.
— Она меня проклянёт, — хмыкнула Татьяна.
— Зато не приедет. Ты же этого добиваешься? Если им нужен комфорт за чужой счет, они вмиг сольются.
— А если вдруг согласятся — тебе же легче. Расходы поделите. И у плиты стоять не будешь в одиночку.
Татьяна задумалась. Идея была шикарная. Никаких криков, никаких истерик и открытых скандалов. Просто сухой деловой подход. Никто не отказывает в гостеприимстве.
Остаток обеда они увлечённо составляли список.
— Напиши про септик! У вас же там автономная канализация? — подсказывала Даша, набирая текст в заметках.
— Да. Откачивать дорого.
— Вот! Дели сумму на четверых взрослых. Дети тоже воду льют дай боже. Пусть платят за слив. И про стиральный порошок не забудь. Олеся будет детские вещи каждый день крутить в машинке.
— По два раза, — кивнула Татьяна.
— В прошлом году она половину моей бутылки дорогого геля за неделю извела.
— Пиши отдельным пунктом: бытовая химия в складчину. И вывоз мусора туда же посчитай.
Вечером Татьяна открыла семейный чат в мессенджере. Там были Илья, Надежда Петровна и Олеся.
Она прикрепила текстовый файл. Назвала его красиво: «Правила проживания в дачном кооперативе. Сезон две тысячи двадцать четыре».
И добавила сообщение:
«Ждём вас в субботу! Чтобы наш совместный отдых был комфортным для всех, составила небольшой график дежурств и расходов».
Сообщение улетело. Две галочки загорелись синим. Прочитано.
Прошло ровно пять минут. Телефон завибрировал. На экране высветилось имя свекрови.
Татьяна включила громкую связь.
— Танюша, я не поняла! — голос Надежды Петровны был далёк от утреннего восторга.
— Что это за писульки в чате?
— Какие писульки? — парировала Татьяна.
— Это правила совместного проживания. Вы же на три месяца едете. Надо договориться на берегу.
— О чём договариваться?! Какие ещё графики дежурств? Какая коммуналка?! Мы что, чужие люди?
— Обычные. Нас будет четверо взрослых. Чтобы не было обид, бытовые обязанности делим поровну. И расходы тоже.
В трубке послышалось частое дыхание свекрови.
— Я к родному сыну еду! А не в казарму!
— Дом оформлен на нас двоих. И обслуживать его тяжело. Давайте пройдёмся по пунктам. Пункт первый. Закупка продуктов.
— Я на пенсии! — рявкнула Надежда Петровна.
— Знаю. Поэтому мы с Ильёй берём на себя мясо, рыбу и овощи.
— А вы с Олесей покупаете бакалею, молочку и фрукты. Чеки скидываем в общий чат. В конце месяца подбиваем баланс.
— Какие чеки? Ты совсем совесть потеряла?!
— Детей кормить надо каждый день, Надежда Петровна. Я спонсировать чужие каникулы не готова.
На заднем фоне раздался недовольный голос золовки. В трубке что-то щелкнуло. Видимо, свекровь перевела телефон на громкую связь.
— Тань, ты чего начинаешь? — возмутилась Олеся.
— Я работу потеряла, у меня стресс.
— Мне отдыхать надо, а не баланс подбивать! У меня денег сейчас в обрез!
— Тогда покупайте продукты по своим возможностям, — спокойно отозвалась Татьяна.
— У нас тоже ипотека, мы вас полностью не потянем.
— Тогда переходим ко второму пункту. Дежурство по кухне. Понедельник и вторник готовлю я. Среда и четверг — Олеся. Пятница — вы,
Надежда Петровна. Выходные — каждый сам себе.
— Я у плиты стоять не буду! Я своё отстояла! Я в гости еду воздухом дышать! — перебила свекровь.
— А я вообще готовить не люблю на даче, — встряла золовка.
— Без проблем. Тогда можете заказывать доставку. В посёлок возят пиццу и роллы. Доставка платная, правда. Зато никакого труда.
— Ты издеваешься? — процедила свекровь.
— На какие шиши мы будем доставки заказывать?
— Ничуть. Дальше пункт про коммуналку. Воду мы качаем из скважины насосом.
— Электричество наматывает прилично. Бойлер греется постоянно. Септик откачиваем раз в месяц. Делим расходы поровну. Выходит немало.
— Ты с матери родной деньги за туалет брать удумала?! Губу раскатала!
— Надежда Петровна, это физика. Чем больше людей льют воду, тем быстрее заполняется яма. Ваши внуки в бассейне плещутся постоянно. Я за эту воду платить из своего кармана не нанималась.
Свекровь перешла на крик.
— Илюша знает про эти твои выдумки?!
— Знает. Он сказал: «Сами разбирайтесь». Вот я и разбираюсь.
Это была абсолютная правда.
— Там ещё пункт про уборку общих зон, — не дала перебить Татьяна.
— Полы моем по очереди. И стиральный порошок покупаем вместе.
— Ваша дочь в прошлом году половину моей бутылки геля для стирки вылила на детские вещи.
— Мой брат работает как проклятый! Отгрохал дом, а ты там свои порядки устанавливаешь! — заорала Олеся.
— Мы вместе отгрохали. И ипотеку вместе платим. Так что правила общие. Ах да, чуть не забыла. Про грядки.
Татьяна спрятав улыбку продолжила:
— Грядку под зелень я вам выделила. Но копать и полоть будете сами.
— Инвентарь в сарае стоит. Лопаты новые, удобные.
— Я к себе такого отношения не потерплю! — рявкнула свекровь так, что динамик телефона слегка хрипнул.
— Чтобы я родной невестке чеки за кефир показывала! Да никогда в жизни!
— Ваше право. Значит, вы не согласны с правилами?
— Ноги моей там не будет! И Леся не поедет в этот дом! Мы лучше путёвку в санаторий возьмём!
— Хорошее дело. Санаторий — это здорово. Там и готовить не надо.
— Коза! — припечатала Надежда Петровна.
Звонок оборвался. Татьяна смахнула вызов.
Вечером Илья долго смотрел в телефон. Листал семейную переписку.
— Слушай, — осторожно начал он. — Тут мама написала.
— Да? И что пишет? — Татьяна невинно подняла глаза от книги.
— Что они не приедут. Написала, что ноги их в нашем доме не будет, раз у нас тут казарма и платный туалет. Ты им что там в чат скинула?
— Ничего особенного. Просто правила совместного проживания, — пожала плечами Татьяна.
— Я же говорила, что договариваться надо на берегу.
Илья тяжело вздохнул, но спорить не стал. Он явно полистал переписку и всё понял. Заметно расслабился. У него с плеч будто упала невидимая бетонная плита.
— Ну, им виднее. Жалко, конечно. Тётя Люба, наверное, звонить будет, выяснять.
— Пусть звонит. Я ей тоже наш график дежурств отправлю. Вдруг она в гости соберется.
Татьяна перевернула страницу. Впереди было целое лето. Спокойное, тихое лето на своей даче. Без чужих чеков, без немытой посуды и без отельного сбора.