admin 
Тюбик с клеем для ловли грызунов был липким и неприятным даже снаружи. Я с усилием выдавливала прозрачную, тягучую массу на верхнюю планку гардины, чувствуя, как мелко и предательски дрожат пальцы. Это не было простым хулиганством или детской шалостью, это была вынужденная самооборона. Паша позвонил десять минут назад, и голос у него был такой, словно он … Read more
Звук заедающей молнии был противным, скрежещущим, будто кто-то водил гвоздем по стеклу. Олег дергал металлический язычок с остервенением, отдуваясь и густо краснея лицом. Ему откровенно мешал живот — тот самый, который он последние полгода именовал «комком нервов», хотя это был обычный, нажитый на домашних котлетах жир. Галина стояла в дверном проеме, прижимая к груди кухонное … Read more
Тяжелая металлическая дверь поддавалась неохотно, словно квартира сама не желала впускать законную хозяйку обратно. Оля нажала на ручку, чувствуя холод металла сквозь тонкую перчатку. Замок щелкнул, но привычного ощущения «я дома» не возникло. Воздух в прихожей был спертым, тяжелым, почти осязаемым. В нем висела взвесь пыли и чего-то сладковато-кислого, напоминающего дешевый освежитель воздуха, которым пытались … Read more
В поленнице снова зияла дыра, черная и кривая, словно выбитый зуб в ровной улыбке. Валентина Петровна медленно провела ладонью по шершавому срезу соседнего полена, чувствуя под пальцами каждую зазубрину. Десять штук. Ровно десять отборных, сухих березовых чурок исчезли за сегодняшний день, пока она ездила в райцентр за лекарствами от давления. Она не стала кричать или … Read more
Тяжелая сумка с продуктами оттягивала плечо, врезаясь ремнем в старенькое пальто, но Галина Петровна не замечала неудобства. В термосе плескался наваристый борщ на сахарной кости, а в фольге, завернутой в три слоя полотенца, томились еще горячие домашние котлеты с чесночком. Она знала наверняка: ее сын, Витя, двухметровый богатырь, работающий прорабом на ответственной стройке, на одних … Read more
Холодная вода из-под крана ударила в ладони, но это не принесло облегчения. Марина смотрела в зеркало, и отражение ей категорически не нравилось: кожа приобрела землистый оттенок, под глазами залегли глубокие тени, а привычный строгий каскад волос казался тусклым и безжизненным. Тридцать шесть лет — возраст, когда многие женщины уже ведут детей в первый класс, а … Read more
— Татьяна, ты опять купила «Докторскую» высшего сорта? — голос Галины Александровны вибрировал праведным негодованием, пока её пальцы с маникюром цвета «перезревшая вишня» ловко укладывали третий кусок этой самой колбасы на батон. — Я же говорила: в «Пятёрочке» по акции лежит ветчина из индейки. На сорок рублей дешевле! Копейка рубль бережет! Я медленно размешивала сахар … Read more
Когда я слышу звук проворачивающегося в скважине ключа, который больше не подходит, меня накрывает волна мстительного умиротворения — словно я только что лопнула самый большой пузырь на упаковочной пленке. Есть в смене дверного замка что-то сакральное. Это не просто механизм, это гильотина для чужого хамства, отсекающая прошлое от настоящего одним щелчком. Денис уехал всего три … Read more
Ольга проснулась от тихого стука в дверь. Послеоперационная слабость не отпускала уже третий день, и подниматься с кровати давалось с трудом. Швы на животе ныли, а обезболивающие таблетки заканчивались быстрее, чем хотелось бы. — Кто там? — спросила Ольга, натягивая халат. — Это я, доченька, — раздался знакомый голос за дверью. Зинаида Николаевна стояла на … Read more
— Хватит. Я устала быть вашим семейным банкоматом. С меня — всё. Ваши вечные долги заканчиваются на мне. Алексей даже не сразу понял, что это не обычное раздражение после тяжёлого дня. Он стоял в прихожей, ещё в куртке, с ключами в руке, и смотрел на Полину так, будто она только что уронила на пол что-то … Read more