Uncategorized

— Крис, ну ты поговоришь с родителями? Я же просил. Голос Олега, обычно мягкий и обволакивающий, сейчас напоминал Кристине звук работающего на холостых оборотах старого мотора — монотонный, зудящий и вызывающий глухое раздражение. Она сидела в кресле с книгой, но уже минут десять читала одну и ту же страницу. Буквы плясали перед глазами, не желая … Read more

— Смотри, какая прелесть! И лоджия огромная, можно будет кабинет сделать. Или зимний сад. Представляешь, сидишь утром с кофе, а вокруг зелень. Катя ткнула пальцем в экран ноутбука, на котором была открыта планировка двухкомнатной квартиры в новом жилом комплексе. Её глаза горели тем особенным, лихорадочным блеском, который появляется, когда многолетняя мечта вот-вот обретёт стены и … Read more

— Ужин готов. Приятного аппетита. Металлическая кастрюля опустилась на стол с глухим, тяжёлым стуком, который заставил Вадима вздрогнуть. Звук прорвался сквозь рёв танковых двигателей и треск пулемётных очередей, доносившихся из его наушников. Он нехотя оторвал взгляд от монитора, где его подбитый танк беспомощно дымился в виртуальной грязи, и сдвинул одно «ухо» гарнитуры на затылок. Перед … Read more

— Ты сейчас серьёзно? — Маргарита медленно отложила книгу на диванный подлокотник. Её голос прозвучал так ровно и тихо, что на мгновение показалось, будто она просто уточняет какую-то незначительную деталь. Андрей, уже скинувший один ботинок в прихожей, обернулся и посмотрел на жену с плохо скрываемым раздражением. Он действовал быстро, словно боялся, что если промедлит, то … Read more

Первый звук пробился сквозь толщу тяжкого, беспробудного сна, как ржавый гвоздь сквозь прогнившее дерево. Слабый, тонкий, он был едва отличим от скрипа половиц или завывания ветра в печной трубе. Но материнское сердце, этот вечный неутомимый сторож, отозвалось на него мгновенно, судорожно сжавшись в груди. Арина не открыла глаза, лишь прислушалась, вся превратившись в напряженный слух. … Read more

Не знала она тогда, как всё обернётся… Эти слова потом будут отдаваться в её сердце тяжким, но очищающим эхом. Как колокол, отлитый из боли, стыда и неожиданного прозрения. Тот день, когда Виктория впервые переступила порог квартиры свекрови, был выкрашен в унылые, свинцовые тона городской осени. Воздух звенел от скрытого напряжения, а за окном медленно умирала … Read more

Алиса вжалась в шершавую, холодную стену, стараясь дышать беззвучно, растворяясь в темноте. Каждый вдох обжигал легкие запахом старой пыли, сырости и едкого, приторного аромата мышастого помета, смешанного с кислым духом отсыревших тряпок. В этом тесном чулане, заставленным сломанными стульями и ведрами, она находила призрачное укрытие уже не в первый раз. Но сегодня страх был особенным, … Read more

Маргарита ждала. Она сидела на стуле у самой двери, застывшая, как изваяние гнева, и вся ее мощная, некогда пышущая здоровьем фигура была напряжена до дрожи в сведенных судорогой пальцах. В руках она нервно, с таким треском, что рвал бумагу, перелистывала старый журнал мод. Розовощекие модели в кринолинах и пледах казались ей теперь не просто нелепыми … Read more

Все началось с того дня, когда воздух стал густым и тягучим, предвещая грозу. В душную тишину ее маленькой квартирки, пахнущую чаем и старой бумагой, ворвался настойчивый стук в дверь. На пороге стояла почтальонша Клавдия Ивановна, и в ее руках был не обычный конверт, а плотный, кремовый, с оттиском сургучной печати. Клавдия Ивановна вручила его Алисе … Read more

Через три года после смерти мамы вокруг семидесятилетнего отца Натальи начала крутиться дама лет на пять моложе самой Натальи. Любовь и забота у этой дамы к отцу Натальи была неземная: — Тебе удобно сидеть? Может, подушечку под спину положить? Чай не очень горячий, давай подую. Что тебе вкусненького приготовить? Наталью такое сюсюканье раздражало. Отец вовсе … Read more